Замок Хилкровс

994 подписчика

Книга 1. Алтарь Желаний (страница 10)

   Потом Бласта Мардер оставила свое ехидство и, став опять привычно-строгой, продолжила, усевшись за стол:
   - Вначале хором повторите заклинание для уменьшения предмета. И постарайтесь не ошибаться ни в буквах, ни в интонации. Иначе есть шанс, что кто-нибудь отправится отсюда прямиком в больничное крыло.

Конечно, Диорум Пак, наш врач, постарается привести вас в порядок, но он ведь не бог, чтобы обратно вдохнуть в вас жизнь. А неправильно выполненное заклинание может привести порой к самым неожиданным и даже трагическим последствиям. Итак, я вас слушаю…
   И профессор Мардер действительно очень внимательно их слушала. Сперва часто прерывая, чтобы поправить произношение то одного, то другого из учеников, потом все реже и реже. Где-то минут через двадцать она осталась довольна, добившись от первокурсников единства. Теперь они произносили заклинание однообразно, в едином темпе и с одинаковой интонацией.
   Потом еще столько же времени ученики безмолвно махали палочками, пытаясь в точности воспроизвести движение руки Бласты. Тут уж она не сидела на месте, расхаживая по следующему за их спинами ярусу. И терпеливо отрабатывала правильный взмах палочек, просто беря кисть ученика в свою руку, и повторяя раз за разом пируэт z, со всеми его плавными изгибами и окончательным резким тычком в сторону воображаемой цели. И только перед самой переменой учительница заклинаний вроде бы оказалась удовлетворенной результатами своих стараний.
   Перемена прошла тихо и спокойно. Казалось бы, чего уж тут тяжелого, помахать волшебной палочкой туда-сюда, да какое-то время хором произносить вслух заклинание. Но почему-то почти все первокурсники ощущали усталость, словно целый час носились как угорелые без остановок и передышки.
   Следующий урок прошел по предыдущей схеме. Только в этот раз ученики так же старательно заучивали заклинание с обратным действием на рост предметов. И оно далось им куда сложнее. Здесь уже стала сказываться усталость, да и завитушки x были куда более сложными. К тому же, как выяснилось, и само движение руки идет в разном темпе, не как у прошлого заклинания. Поначалу два неспешных витка, потом спокойный, но постепенно ускоряющийся широкий полукруг, а затем резкий поворот к себе с максимальной скоростью.
   Когда прозвучал удар колокола, обозначивший перемену, первокурсники, все без исключения, были похожи на выжатые лимоны. И никто, даже шустрый Ривер и бойкая Иванова не захотели выйти на улицу, чтобы подышать свежим воздухом. Так все и остались в классе, постаравшись устроиться поудобнее. А у Гоши даже капельки пота на лбу выступили от усердия.
   Лишь только профессор Мардер выглядела абсолютно бодрой и наоборот как-то слегка повеселела, отчего ее лицо перестало напоминать беспредельно строгий портрет. Оно даже немножко помолодело, и лишь седеющие волосы говорили о настоящем возрасте учительницы.
   Когда перемена закончилась, Бласта изящно взмахнула палочкой, нарисовав перед собой в воздухе горящую руну, а потом легонько на нее подула. И руна тут же на глазах изумленных первокурсников рассыпалась на двадцать девять маленьких мячиков, аналогичных тому, что покоился сейчас на подставке около доски. И эти мячики плавно поплыли в сторону учеников, а затем опустились одновременно на парты перед каждым из них.
   - Что ж, - профессор Мардер чуть обозначила улыбку, слегка приподняв уголки губ, - приступайте к практике, а я посмотрю, что у вас из этого получится. Ваша задача на сегодня хотя бы чуть-чуть уменьшить свой мячик. Первый кто сможет это сделать, получит балл своему факультету. И запомните, что одного знания, как правильно произносить заклинание, и верного взмаха палочкой – совсем не достаточно для успеха. А что еще нужно, вы и сами прекрасно знаете, раз внимательно читали учебник с первой страницы.
   Так декан Блэзкора еще раз изящно уколола учеников по поводу их лени и, устроившись за столом, принялась внимательно изучать свиток потертого пергамента. Правда, и учеников без присмотра не оставила, стреляя взглядом то на одного, то на другого. И глаза ее при этом хитровато прищуривались.
   А они, первокурсники, старались во всю силу. Со всех сторон только и слышался приглушенный шепот:
   - Минима селт.… Да уменьшайся ты… Минима селт.… Вот блин, никак не хочет… МинимаСелт… Зараза!
   Это невольно громко вырвалось у Роба, когда его мячик вместо того, чтобы уменьшиться, после того как он вроде бы правильно в очередной раз выполнил заклинание, взял и развалился на дольки словно апельсин. Тут же со всех сторон послышался смех, но вот Гордий зря так уж оживленно заржал в тот момент, когда сам завершал движение палочкой. Рука Чпока дернулась чуть в сторону, изменив траекторию, и его мячик резко сморщился. И при этом он выплюнул из себя какую-то густую ядовито-синюю жидкость прямо в лицо ученику, окутав все вокруг таким же по цвету дымом. А когда тот рассеялся, то хохот стал еще громче. Все щеки Гордия покрывали веснушки. Хотя правильнее будет сказать, что синюшки. И оттираться они совсем не желали.
   Бласта оторвалась от изучения свитка и, коротко глянув на фалстримца, слегка пожала плечами:
   - Зря стараешься. Через неделю сами сойдут, но не раньше. – И помолчав пару секунд, добавила с миленькой ухмылочкой. – Но за наглядную демонстрацию последствий невнимательности при применении заклинания плюс один балл Фалстриму. Вы можете этим гордиться Гордий Чпок.
   Последняя фраза в ее устах прозвучала слегка двусмысленно, но весь класс за исключением самого виновника заржал. А профессор опять невозмутимо продолжила изучать свиток. И лишь когда прозвенел колокол, она объявила первокурсникам, что у них есть несколько дней до следующего урока, чтобы потренироваться. И милостиво разрешила забрать мячики с собой, исправив непринужденным движением руки два, казалось бы, безнадежно испорченных.
   В итоге на ужин все отправились уставшие, веселые, но так и не добившиеся успеха. Хотя Каджи почему-то показалось, что близняшки особо и не старались его добиваться, помахивая палочками скорее для виду. Или им скучно было этим заниматься, или одно из двух.
   Первокурсники попали в Большой зал одними из последних, едва передвигая ноги от усталости. Что ни говори, а первый учебный день дался им всем с непривычки трудновато. А о том, что дальше будет только тяжелее, даже думать не хотелось.
   Каджи с близняшками еще по дороге на ужин решили заказать одну большую пиццу на всех. Правда Баретто не знал, что она из себя представляет, но все равно согласился с большинством. Только наш любознательный попробовал было выяснить у Янки, как она хотя бы выглядит. Но получил вполне исчерпывающий ответ от девчонки:
   - Если ее здесь правильно приготовят, то еще и добавки попросишь.
   И ведь как в воду глядела. Роб сперва недоверчиво повертел в руках доставшийся ему кусок пиццы, рассматривая со всех сторон. Потом еще и понюхал. Но запах был такой ароматный, а друзья уже почти съели свои порции, что Роб решительно вгрызся зубами в непонятную мешанину продуктов. А когда Гоша с девчонками хотели уже разбавить съеденное сладким чаем, перед ними возникла добавка. И Баретто первым потянулся еще за одним куском, невинно сверкнув белозубой улыбкой.
   - Никогда… ничего…, - слова с трудом выскальзывали из набитого рта, - вкуснее… не ел…
   - Просто ты еще нашей стряпни не пробовал, - каверзно переглянулись между собой сестры.
   Вот и пришлось ребятам помогать товарищу, проталкивая в себя куски пиццы с помощью как раз и пригодившегося чая. Иначе вполне возможно, что Роб спорол бы все в одиночку. И тогда его, объевшегося напрочь, пришлось бы катить до Башни Грифонов как колобка – столько азарта было в глазах паренька. Но обошлось.
   Возможно потому, что под неспешно плывущие по потолку облака ворвалась обрадованно-крикливая и разномастная туча из птиц. Прибыла почта. Живность нарезала несколько кругов под голубыми сводами, выискивая своих хозяев. А затем пернатые стали один за другим пикировать к столам.
   Сокол Гоши заметил своего хозяина одним из первых. И круто взяв вниз, он приземлился ему на левое плечо. В клюве Янги осторожно сжимал небольшой конверт. Следом за соколенком прямо на стол опустилась крупная ворона Баретто, тоже бросив перед этим ему на колени конверт и в довесок еще газету, свернутую в трубочку. А через пару минут над головами друзей захлопали крылья, и послышалось уханье. Это две бело-пегие совы близняшек притащили им небольшую коробку, перехваченную шикарной ленточкой с изящным бантиком наверху. И внутри коробки наверняка находились конфеты.
   Каджи взял письмо из клюва Янги, и соколенок тут же переместился с плеча на стол. Гоша ласково провел пальцем по голове птицы, и ему почудилось, что бусинки глаз у Янги радостно сверкнули. Но соколенок тут же, словно застеснявшись, важно направился к пицце и попробовал ее клюнуть. Только, похоже, что она ему совсем не понравилась, так как от продолжения банкета Янги решительно отказался.
   Да и ворона Баретто прокаркала соколенку что-то строго-нравоучительное. А вот совы уморительно заухали, прищурив свои большие глазищи. И Каджи показалось, что это они так весело хихикают. Но наваждение тут же исчезло вместе с птицами.
   А пернатые, на удивление, дружной четверкой уже удалялись к выходу. Ворона Роба впереди – важно и степенно размахивая крыльями. Следом за ней две совы, попутно разглядывающие убранство зала. И соколенок, резво нарезающий пируэты высшего пилотажа вокруг троицы. Ему их неспешное отбытие казалось слишком уж медленным, но, по всей видимости, улетать одному Янги совсем не хотелось.
   Друзья почти одновременно распечатали полученные конверты и углубились в чтение. Девчонки что-то весело обсуждали шепотом, уже второй раз перечитывая письмо. Баретто радостно скалился, вглядываясь в свой кусок пергамента. А потом, спрятав его в карман, принялся за вечернюю газету “Ведьмины сказки”, теперь уже сдвинув брови к переносице и солидно прихлебывая чаёк. Сразу видно, что парень серьезный и основательный.
   А Каджи читал письмо от бабушки. Она, естественно, поздравила его с зачислением в Хилкровс, слегка удивляясь, почему внук не выбрал себе факультет Эйсбриз, раз была такая возможность. Посетовала немного на то, что если бы не Мэри, написавшая ей про то, как они добрались и о распределении, то она ждала бы от внука вестей, наверное, вплоть до Нового года. Еще бабуля передавала огромный привет от всех домашних, вкратце рассказав о том, что сейчас в их жилище царит полный кавардак по причине того, что она решила сделать капитальный ремонт. Раньше ей ведь приходилось во многом себя ограничивать, обходясь минимумом волшебных вещей и приспособлений, чтобы не привлекать лишнего внимания… Правда в этом месте письмо невнятно соскальзывало совершенно на другую тему: оказывается, Тимофей так увлекся одной местной кошечкой, что решительно завязал с валерьянкой. Вот только неизвестно, надолго ли его хватит. Ну и в заключение Никисия, конечно же, добавила, что сама сильно соскучилась по внуку.
   Гоша сложил кусок пергамента и спрятал его в карман, решив, что чуть позже обязательно нужно написать ответ. И попробовал полюбопытствовать, что же находится в коробке у девчонок, которые уже стянули с нее ленточку с бантиком. Там и на самом деле оказались конфеты, настоящее “птичье молоко”. Но попробовать их на вкус ни Каджи, ни Баретто так и не удалось.
   - Не для вас прислали, - Анька хлопнула Гошу по руке, строго сверкнув серыми глазищами, и конфета тут же упала назад в коробку. – И нечего хапать без спросу.
   - Семен Борисович сказал, что нужно уметь дружить, - продолжила Янка. – Вот и пойдем наводить мосты к фалстримцам.
   И близняшки не замедлили претворить задуманное в жизнь: подхватив коробку с конфетами, они направились к столу Фалстрима.
   - Слушай, Гоша, они точно чай пили? – недоуменно поинтересовался Роб, складывая газету.

Картина дня

наверх